Пофигизмом по конструктивизму. Как работает конвейер по уничтожению исторических зданий в Ростове-на-Дону

Как уничтожить историческое здание?
Можно просто его снести.
 Снос застройщиком добротного нахичеванского особняка XIX в. на 18 линии.

Этим способом обычно пользуются застройщики, а иногда и администрация города, которая не обеспечивает должную консервацию памятников архитектуры и доводит их до состояния руин.
А можно пойти и другим, более изощренным путем — попросту лишить его исторического облика.

Прописать, например, зданию так называемый «ремонт фасада», составить раздутую смету с оштукатуриванием и пластмассовыми окнами и превратить его в новодельный барак.
Здание после этого полностью утрачивает свою историческую ценность, что фактически равносильно его сносу.

Последним приемом с успехом пользуются Фонд капремонта Ростовской области и ЖКХ районов города, за пять лет своей работы загубившие исторический облик не одной сотни зданий старого фонда в Ростове (и уже, по нашим сведениям, ряд зданий в Таганроге).

Для капремонтного конвейера — что приступить к ремонту фасада панельной хрущевки, что к фасаду исторического здания, построенного в том или ином архитектурном стиле — все едино. Подход одинаков.
Под обезображивание штукатуркой (часто с похабным исполнением работ) идет масса старых зданий с добротной кирпичной кладкой. 

В таких случаях сами собой напрашиваются выводы о нецелевом расходовании средств, когда бюджет тратится на бесполезные для здания виды работ и просто осваивается квадратура.

Очередной дом, которому грозит утрата исторического облика — не частый образец конструктивизма, которому не повезло с охранным статусом — его нет, к сожалению. 
Поэтому он не защищен от коллективного произвола жильцов и дельцов от ремонта и на гигантской квадратуре стен которого решено освоить тонны дорогостоящей фасадной штукатурки.

Речь идет о «Большом доме» завода «Красный Аксай» на пересечении 2-ой Пролетарской улицы с 37 и 39 линиями. 

Здание, кстати, вошло в первую специализированную книгу, посвященную ростовскому конструктивизму, составленную архитектором Артуром Токаревым.

Дом имеет объемную симметричную конфигурацию в плане и является не частым образцом особого планирования жилого пространства в период 1927-1929 годов. Как резюмирует автор: «эпоха домов-гигантов продлилась недолго, но подарила городу редкое разнообразие пространственных решений на стыке традиции и новации».
Как часто это любят делать в Ростове с ремонтом зданий — надевают сначала ботинки, а потом штаны. То есть вместо соблюдения очередности работ — сначала сделать крышу, а потом фасад — здесь делают ровно наоборот. 
К чему это обычно приводит? 
К тому, что есть уже множество примеров быстрого ветшания фасадного марафета.

В нашем случае, наверное 95% поверхности фасадных стен этого дома-гиганта на настоящий момент — это добротная кирпичная кладка из ростовского силикатного и красного кирпича производства первых пятилеток. 

В рекомендациях Комиссии по сохранению архитектурно-художественной среды города было обнародовано безусловное сохранение кирпичной кладки и адекватная замена ветхих окон лестничных маршей на современные, но аналогичные по конфигурации и, что не менее важно, тону.

Характерная решетчатая расстекловка деревянных рам, безусловно, являлась неотъемлемой частью конструктивистского стиля здания. Являлась...

Теперь так:

Чтобы избежать подобного искажения при ремонтах, в официальных Правилах благоустройства, принятых Городской думой в 2017 году есть на этот счет четкий пункт: 
Гл.16, п.10. Замена старых оконных заполнений современными оконными конструкциями допускается в соответствии с общим архитектурным решением фасада (рисунком и толщиной переплетов, цветовым решением, воспроизведением цвета и текстуры материалов).

Что мы видим в процессе ремонта?

Типичное металлопластиковое фуфло с бельмами «туалетных» пластиковых вставок. Ничто так не дешевит фасад исторического здания, как белые упрощенные пластмассовые рамы.

Этот пункт Правил благоустройства, как и на многих других объектах, прошедших экзекуцию «капремонта», попросту нарушен.

Характерный пример искажения первоначального облика здания после ремонта фасадов жилого квартала фабрики им. Микояна на пр. Буденновский, 105 / 1-7.
К слову, стараются и сами жильцы — в отсутствие рабочих муниципальных механизмов согласования единого рисунка переплетов и цвета рам на исторических зданиях, каждый в городе ставит кто во что горазд. 

К сожалению, в местное законодательство, касающееся ремонтов фасадов,  до сих пор не внесена поправка о том, что ремонт зданий исторического фонда должен проходить по обязательным к исполнению предписаниям специалистов (архитекторов и реставраторов), учитывающих прежде всего сохранение исторического облика ремонтируемого здания.

У нас же эта прерогатива до сих пор отдана на откуп жильцам, зачастую совершенно не разбирающихся ни в строительных технологиях, ни в стилях и не видящих никаких исторических или архитектурных достоинств в собственном жилье.

Другими словами: условная «баба Маня», помешивая компот на плите, диктует архитекторам, как должен выглядеть фасад дома, где находится ее квартира и на мнение проф. сообщества ей плевать.
А ведь фасады исторических зданий формируют лицо и атмосферу старого центра и к их ремонту нужно подходить обдуманно и стратегически, в контексте сохранения исторической среды.
Это почему-то до сих пор не уяснили в городской администрации, отдавая на откуп подобным «бабам Маням», по сути, лицо города.

Поэтому, прикрываясь как бы желанием жильцов (часто заранее информационно обработанных лицами, заинтересованными в продвижении объемов штукатурки или убогих строительных технологий), Фонд разводит руками: дескать, сделать ничего не можем — таково волеизъявление жильцов.

При этом, часто игнорируются вышеупомянутые Правила благоустройства, принятых городской думой в 2017. А они напрямую обязывают жильцов, цитата: сохранять архитектурно-художественное убранство зданий и сооружений (гл.16, п.1).
Именно фактура поверхности фасада должна оставаться неизменной, а его архитектурные детали и элементы при вынужденной замене должны максимально быть приближены к оригиналу.
Но в Ростове на эти Правила, как видим, всем положить — и жильцам, и Фонду капремонта и городским департаментам в плане контроля за соблюдением своих же Правил.

Когда всё не по уму. Что не так с городским благоустройством (ч.2)

Продолжаем обзор, начатый в предыдущей публикации.


4. Уличные фонари

Это наказание старого центра в виде пластмассовых «столбов позора» уже активно обсуждалось пару лет назад.

Тогда пластиковыми фонарями «под чугун» и в «историческом стиле» обильно утыкали тротуары старых улочек в самом центре города.

Досталось и площади перед зданием администрации области.

Эта участь тогда не миновала и улицу Шаумяна: то, что по критериям эстетики и практичности должно было быть железным, это ныне пластмассовое: столбы фонарей

и люки.

В сущности, к этим штукам одна претензия:
неуместный, недолговечный и исторически необоснованный материал.
Столбы освещения, как и крышки люков, всегда были чугунными. Остаются они чугунными и в нормальных городах, где знают толк в правильном благоустройстве и сохраняют наследие.
Вот и в Ростове тоже ничего изобретать не нужно, чтоб не позориться (и не спотыкаться).

Кстати, есть ведь и достойные примеры в этих же переулках: ниже Московской столбы всё-таки поставили настоящие, чугунные и без «богатого» декора. 

Вот эти опоры смотрятся намного основательнее и уместнее.
Аккуратный рельеф отдаленно напоминает даже дореволюционные ростовские и нахичеванские трамвайные столбы,

редкие основания которых кое-где даже еще сохранились.

Такие раритеты, достойны Музея Ростова.
Вот, везде бы так, а не только на этом небольшом участке Солдатской слободы.
Подытожим:
если уж работать с исторической средой, то и применять нужно исторически обоснованные материалы. В противном случае, как сейчас, мы получаем во всём дешёвую пластиковую бутафорию «под старину».
К сожалению, сформированная десятилетиями евроремонтов психология «пластикового окна» постепенно перекидывается и на фонарные столбы и даже на тротуарные люки.
С таким подходом и до пластиковой брусчатки не долго. Для нынешних «благоустроителей» она тоже выпускается производителями «износостойких» полимерных люков. 

Замостим?

5. Иллюминация

Ранее мы уже обращали внимание на подобные варварские методы крепления тросов для натяжения уличных гирлянд. 

В переулке Семашко, на участке между Садовой и Серафимовича, весь этот монтаж произведен сплошь на фасадах памятников архитектуры. 

Силы натяжения работают на отрыв, что, мягко говоря, не добавляет конструктивной устойчивости вековым стенам зданий.

Например, на фасаде Доходного дома Мартына Кастанаева (несколько поколений горожан его знают, как магазин «Буратино»)

в некоторых местах карниза, в районе крепления тросов уже заметны трещины.

Не пожалели и одно из главных, можно сказать открыточных зданий центра города — Торговый Дом Шапошникова и Генч-Оглуева на Садовой / Семашко / Шаумяна.

После реставрации памятника архитектуры, в фасад, обильно декорированный лепниной, повтыкали множество анкеров для монтажа пластиковых диодных люстр.

Согласованы ли эти виды работ с Комитетом по охране объектов культурного наследия? Сомневаемся. Но если да, то насколько это оправдано? 

А можно было и иначе.
В качестве образца бережного отношения к исторической застройке  снова обратимся к европейскому опыту. Грамотный подход демонстрируют, например, власти такого колоритного городка, как Малага, что в Испании.

На Calle Larios, пешеходной улице старого центра, иллюминация — часть туристической притягательности города. Стены зданий здесь не стали обременять губительными нагрузками — вся иллюминация крепится на каркас, который устанавливается на специальных стойках на тротуаре.

В общем, важно сначала думать, а потом делать.

6. Знаки

Здесь дилемма: с одной стороны — нормативы ГИБДД, предписывающие установки знаков на перекрестках с переходами. Но разработаны они усреднённо и в отрыве от множества частных случаев. С другой стороны — центр практически любого города с плотной исторической застройкой — как раз такой частный случай.

Обилие дорожных знаков на нешироких перекрестках старого центра создает неимоверный визуальный шум, забивая ядовитыми цветами и размерами всё вокруг. 

Вкупе со свежевыкрашенными яркими фасадами, знаки создают атмосферу новодельной бутафории, что полностью разрушает историческую среду.

Для ситуации со знаками выход есть — уменьшенный формат.
Кто-то скажет, что это якобы повлияет на безопасность движения и чем больше знаков, тем лучше.

Не совсем так. Здесь важно меру знать и не переборщить. 
А то, следуя этой логике — и на размерах знаков можно не экономить. Если сейчас уже формат для знака «Пешеходный переход» подпрыгнул до 70 см, то следуя логике «чем больше — тем заметнее» можно их и метр на метр делать, или там полтора на полтора… Абсурд.
Не нужно лукавить, раньше на тихих перекрестках старого центра знаков было в разы меньше и что-то подсказывает, что ДТП при этом не происходило больше.

Проходила информация, что эксперимент с установкой дорожных знаков уменьшенного размера и совмещенных (по два на одной табличке), проведенный в ряде городов РФ за два последних года, признан успешным и будет распространен на всю страну.
Дорожная инспекция включила новые нормативы изготовления дорожных знаков в проект редакции национальных и межгосударственных ГОСТов.
Посмотрим.

Итак, что будет с реконструкцией очередных улиц Старого центра или, например, Соборной площади — покажет время. Но, в любом случае, некомпетентность, косность мышления и отсутствие проф. подхода при благоустройстве (как сейчас) — это, в конечном итоге, разрушение исторической среды и позор для города.