✔️Поводом наведаться сегодня в уже известный многим памятник архитектуры, что в Университетском переулке, 28, стало разбитое на днях окно.

Какие-то дегенераты выбили стекло в раме на первом этаже со стороны главного фасада — этой новостью поделились с нами бывшие жильцы этого дома.

⚒️ Сначала закрыли лаз через выбитое стекло в раме, а затем осмотрели многострадальный объект.

Нынешнюю зиму Дом Красса пережил неважно.

❄️💧Температурные качели, что случились в феврале, оказали своё влияние на стены:ранее разрушенные фрагменты кирпичной кладки на главном фасаде стали частично осыпаться, увлекая за собой штукатурный декор.

Внутри тоже невесело: известковая штукатурка в подъезде местами стала отваливаться, а обои во многих комнатах теперь простынями лежат на паркетных полах.

👉Думается, что предстоящий теплый сезон — это последний шанс для сохранения целостности здания и лучшее время, чтобы провести консервацию объекта, которую обещали выполнить власти города в этом году.

Жила Зима в избушке...

Некая Татьяна Зима — возможно, первая хозяйка этого забавного домика, построенного в конце XIX века на Церковной улице в Затемерницком поселении (сейчас это ул. Собино в районе Лендворца).

Примечательна постройка тем, что второй этаж был бутафорским.

Такие вещи принято называть false fronts — ложными фасадами или фальшфасадами (в немецком, также, известен термин Blendfassade — «слепой фасад»).

Редкое в наших краях архитектурное решение, которое применила Зима, было распространено, преимущественно, на Диком Западе.

Невозможно представить себе городок в любом классическом вестерне без деревянных построек с ложными фасадами. 

В отличие от многих мифов о Диком Западе, здания с false fronts действительно были обычным явлением в американской глубинке.

За двухэтажной стенкой главного фасада зачастую скрывались одноэтажные строения с двускатной крышей. 

Дом Зимы — из той же оперы.
Постройки в два этажа выглядели более респектабельно — таким нехитрым способом владельцы отелей, магазинов и салунов хотели, не сильно вкладываясь в строительство, создать образ стабильности и успеха для привлечения клиентов. 

Вероятно, желанием «пустить пыль в глаза» руководствовалась и Татьяна Зима, возводя свой «второй этаж».

Судя по сходному декору наличников внизу и вверху, первоначально цветовое решение фасада могло быть единым.

Удалось застать этот интересный домик еще живым и запечатлеть его на плёнку в конце 00-х.

К сожалению, примерно 10 зим назад нынешний владелец дома решил обшить его профлистом, разобрав, при этом, бутафорскую часть фасада, которая и делала объект столь необычным.

Торговый дом купцов Дутиковых. Пополнение коллекции фурнитуры.

В наш Фонд Архитектурных Деталей передали дверную ручку с клеймом ростовского Торгового дома братьев Дутиковых.

Подобный штамп на старинной фурнитуре встречается не часто, что делает этот латунный артефакт ценной единицей коллекции.

Эту модель можно увидеть в обширном прейскуранте торгового дома от 1912 года.

Ручки до революции называли скобами (отсюда — скобяные изделия).
Данная скоба произведена в Туле — центре производства фурнитуры в Российской империи.

Товарищество бр. Дутиковых размещало заказы на производство дверных и оконных приборов на лучших тульских фабриках.
В Ростов фурнитура приходила в разобранном виде, после чего их по месту собирали и ставили клеймо собственной торговой марки (либо клеймить могли прямо на фабрике при производстве).

Братья Михаил и Федор Дутиковы основали торговый дом в 1880 году, унаследовав бизнес от отца, Матвея Дутикова, который открыл торговлю еще в 1855 году, начав со скромного магазина со скобяными изделиями и красками.

Уже в начале XX века ассортимент товаров Дутиковых был обширным: это строительные материалы, плуги и сельхозмашины собственного завода, стекло, слесарный и токарный инструмент, краски собственной фабрики, самовары, посуда, скобянка и ещё множество всего.

Скорее всего, эта скоба в составе комплекта дверной фурнитуры была приобретена в здании Торгового дома бр. Дутиковых в начале Таганрогского проспекта.

Отрадно, что здание сохранилось — сейчас это Буденновский, 3.
Оно пострадало в боях при оккупации, но не смертельно.

Его реконструировали после войны.
Сейчас это памятник истории и культуры регионального значения.

Склады городского головы.

 

Из истории ростовских зданий.

Одни из старейших кирпичных объектов, сохранившихся в городе — бывшие склады купца Кузьмина на Береговой, 27.

Это два корпуса: один — с главным фасадом по Береговой и второй — во дворе.
Их постройка датируется 1850-ми годами. Получается, они — ровесники собора на Старом базаре.

Причём, по утверждению авторов «Аннотации исторической застройки Ростова» — корпус с фасадом по Береговой, первоначально состоял из двух строений, позже объединенных встройкой, ставшей композиционным центром единого фасада.
Насчет объединения корпусов — момент дискуссионный, но это отдельная тема.

Потомственный почетный гражданин города Николай Иванович Кузьмин «засветился» в истории Ростова тем, что с 1878 по 1884 гг. был городским головой.

Складские площади во владениях Кузьмина сдавались в аренду.

Так, в 1870-х здесь находился склад зерновых и мелочных товаров некоего Павлоцкого и, что более интересно, контора ростовского отделения Русского Общества Пароходства и Торговли (РОПиТ).
Барон Николай Врангель (отец будущего белого генерала), возглавивший РОПиТ в конце 1870-х, впоследствии перенёс контору отсюда в своё имение в Газетном переулке, 8  — рядом со всем известным «Домом Врангеля».

После смерти Кузьмина в 1886 году недвижимость на Береговой перешла к его наследникам, которые владели ею вплоть до революции.
Новая власть национализировала здания и передала их в ведомство Ростовского порта.
В 1935 году здесь размещалась столовая порта.
В войну корпусам повезло — они практически не пострадали.

В 90-е здесь располагались портовые учреждения.
В 00-е зданиях функционировали различные арендаторы — от милиции до разномастных магазинов.

В начале 2010-х здание реконструируют под размещение в нём пивного ресторана.

В ходе произведенных работ от краски была очищена кирпичная кладка главного фасада и частично увеличены заложенные оконные проёмы.

В интерьере, при этом, были сохранены некоторые конструктивные элементы, ставшие частью дизайна заведения.

К завершению реконструкции мы изготовили домовые знаки по историческим аналогам.

Согласно реестру региональных памятников, здание складов Кузьмина — выявленный обхект культурного наследия.

Снежный буран в Ростове.

Так называлась заметка в ростовской газете «Молот», вышедшая 1 февраля 1937 года.

Вчерашний снегопад и вьюга рифмуются с примерно аналогичными явлениями, происходившими в городе в эти же дни без малого 90 лет назад.

Правда, тогда было в разы мощнее.

Стихия свирепствовала в течении двух суток.
Ветер достиг уровня штормового — на улицах и площадях быстро выросли огромные сугробы.

По сообщению корреспондента «Молота» Ростовский горсовет бросил для борьбы со снежными заносами 250 грузовиков, до 800 подвод и около 20 тысяч (!) человек.
Круглые сутки велись работы по восстановлению трамвайного и троллейбусного движения.
По трамвайным путям беспрерывно курсировали снегоочистители.
Коллективными усилиями в течение трех дней последствия бурана ликвидировали.

Фото 37-го года показывает нам фрагмент Б.Садовой (тогда — Энгельса) на пересечении с Буденновским проспектом.
Угадываются очертания здания Пединститута на заднем плане.
Приводим фото как выглядит это место сегодня.

От былых дореволюционных зданий, кроме Пединститута, мало что осталось — практически все они были полностью реконструированы после войны.

Кирпич Месяца — I

Учитывая не падающий интерес окружающих к историческим кирпичам, возобновляем рубрику «Кирпич Месяца», которая велась здесь три года назад и была посвящена выпуску нашего Первого Кирпичного календаря.

Январский экземпляр из коллекции — продукт ростовского кафельного завода Василия Трифильевича Трифилова.

Это огнеупорный кирпич нетипичной плоской формы.
Его производство датируется 1890-ми годами — обнаружен он был в печи при сносе дома купца Павла Щериканова, возведенного в этот период.

Сам дом, находившийся на Скобелевской, 226 (Красноармейской, 202), был снесён ещё в 2010.
Вероятно, кирпичи такой формы изготавливалась для технических целей, связанных с конструктивными особенностями изразцовых печей-голландок.

Завод работал с начала 1880-х годов и вплоть до революции. Находился на правом берегу реки Темерник в районе нынешнего района Лендворец.

Основой его продукции были «кафли», как до революции называли изразцы (отсюда — кафельный завод). На изразцах тоже встречаются клейма завода с указанием Большой Садовой улицы.
Судя по справочникам, на Садовой, 23 как раз находилась контора Трифилова.

В старом фонде Ростова изразцовых печей его производства сохранилось еще достаточно много (например, его печи были встречены в ныне руинированном Доме Григоряна на углу 20 линии и Мурлычёва).

А вот кирпичи, тем более такой формы, встречаются редко.

И еще о Доме Шистера (Газетный, 91).

Вот так здесь когда-то выглядели подлинные двери.

Как видим, они перекликались с модерновой стилистикой демонтированных недавно ворот.

Двери заменили на металл, по-видимому, сами жильцы еще в конце 00-х.

Причем, чтоб подогнать под утилитарный размер железной двери, верхние части створок оставили, отрезав их от дверных полотен.
Остальное выкинули.

Такой конструкцией пользовались до 2017, пока Фонд капремонта не поставил уже на место старинной фрамуги с обрезками полотен свою пластиковую раму.

В итоге, выстраивается хронология этапов деградации исторического фасада:

🔺 2000-е гг. — демонтаж подлинных дверей;

🔺 2017 год — замазывание кирпичной кладки и замена оконных рам;

🔺 2025 год — демонтаж подлинных ворот.

Благодарим за предоставленное фото первоначальных дверей архитектора Михаила Кононова, сделанное им в 2003.