Кирпич Месяца — IX.

Дом купца Аджемова на Семашко, дом колбасника Афанасенко на Восточной, склад купца Скараманги на Береговой... Что объединяло все эти снесённые здания?

То, что построены они были с применением кирпича завода Карпа Яковлевича Искидарова.
Об этом сегодня и поговорим.

Особенности кирпича
Это классический маломерный нахичеванский кирпич различных терракотовых оттенков, который встречается в постройках второй половины XIX века.
О принадлежности к производству К.Я. Искидарова свидетельствуют клейма с его инициалами «К.Я.И.».

Ошибки старых мастеров
Интересно, что среди основной массы клейм с правильными оттисками букв, встречаются ещё и зеркальные. Виной всему человеческий фактор.
При ручной формовке кирпичей в деревянных ящиках буквы вырезались на дне формы.

Резчик иногда просто забывал, что для правильного оттиска на готовом кирпиче буквы на форме нужно вырезать зеркально.

История завода
Согласно фабричному справочнику 1887 года, завод мещанина Искидарова (по другим данным — купца) был основан в Нахичевани в 1839 году (вероятно, ещё отцом Карпа).

Там делали не только кирпич, но и черепицу.
Предприятие проработало как минимум до 1887 года, а после было выставлено на продажу из-за банкротства владельца.

Сам Карп Яковлевич умер в 1900 году.
На данный момент подробностей о его жизни больше не найдено.

Наследие брата
Куда больше известно о Марке Яковлевиче Искидарове — вероятно, родном брате Карпа.
Он владел паровой фабрикой бумажных изделий: выпускал канцелярские книги, тетради, конверты и прочее.

В центре Нахичевани сохранился его эффектный особняк на площади Свободы.

Сегодня в этом здании располагается Музей русско-армянской дружбы.

Нахимичили.

Недавно в Новочеркасске разразился скандал вокруг реставрации памятника Ермаку на Соборной площади.

Это не просто монумент, а объект культурного наследия (ОКН) федерального значения и единственный на Дону дореволюционный памятник такого масштаба — его открыли еще в 1904 году.

В чём суть скандала?
Бронзовую статую, которая годами покрывалась благородной естественной патиной, в ходе работ покрыли химией неизвестного состава, после которого она почернела.

Художественно состарившаяся поверхность, которая и придавала монументу дух старины, была попросту уничтожена.

Как так вышло?
🤷‍♂️  Изначально, когда в 2023 году прокуратура потребовала от администрации Новочеркасска выделить средства на восстановительные работы, речь шла прежде всего о ремонте постамента и креплений цепей.

Но разработчики проекта реставрации, похоже, решили перевыполнить план. Скульптуре прописали очистку и дополнительное защитное покрытие.
При этом проводился ли хоть какой-то анализ состояния дореволюционной бронзы для обоснования нанесения химии — мы не знаем.

Что происходит сейчас?
Как известно, бронза не ржавеет, а патинируется.
Естественная патина и её малахитовый оттенок — это эстетика и естественный защитный слой.
Но именно его Ермак и лишился.

🗣 Ещё в августе известный в Новочеркасске реставратор Владимир Мороз публично заявил, что памятнику нанесён ущерб.
После шума в СМИ вокруг монумента началась новая «движуха» — заговорили о смывке черноты.

В прошлые выходные очевидцы наблюдали странную картину: рабочие разбрызгивали на Ермака какую-то жидкость и растирали её кисточками.

На смывку это не похоже.
Есть ощущение, что на поверхность наносили очередную химию для искусственного патинирования. На рельефе действительно проступила серость — так обычно создают потёртости, когда делают новоделы «под старину».

⏳ Похоже, от подрядчика общественность так и не дождется внятного ответа о том, что они делают со скульптурой.

Остаётся только ждать официальных разъяснений от Комитета по охране ОКН и наблюдать за развитием этого маразма со сметой почти в 3,5 миллиона рублей.

Снос Дома Максимоса.

 

👉 Ещё два старинных домика снесли на днях в Ростове.

Это произошло в историческом районе Крепости — на пересечении Адыгейской улицы и Нахичеванского переулка.

На расчищенном к настоящему моменту земельном участке стояли два основных дома и различные хозпостройки.

Дома уже давно были расселены, привлекая к себе внимание разве что во время неоднократных пожаров.

Немного истории:
До революции улица Адыгейская называлась Баташевской.

▪️Снесенный угловой дом построили примерно в 1880-х годах.
Изначально он принадлежал ростовскому купцу Георгию Максимосу, а затем сменил нескольких владельцев, пока в 1910-х годах не перешел к Василию и Марии Бакулиным (кто они такие — неизвестно).

Ещё совсем недавно прохожие могли рассмотреть детали старинного интерьера прямо с улицы: среди образовавшегося горелого хлама виднелись аутентичная «столярка» и изразцовое зеркало печи-голландки.

Полуразрушенная фасадная стена показывала традиционную для Ростова конца XIX века технологию возведения: это была коробка из толстых деревянных пластин, обложенная маломерным нахичеванским кирпичом.
Затем кладка была оштукатурена с элементами декора.

В советское время один из хозяев дома обложил кирпичом свою часть фасада ещё раз.

▪️ Второй снесённый дом с деревянным мансардным этажом прятался в зарослях двора, что придавало ему определённый флёр таинственности.

Его возвели, предположительно, в конце 1910-х или начале 1920-х годов.
В стенах этой постройки встречались кирпичи с клеймом в виде🔻 — такие часто попадаются в Новочеркасске, что может говорить о том, что их завезли оттуда.

Что дальше.
Этот квартал активно застраивают высотками еще с начала 2000-х. 🏙

Вероятнее всего, освободившееся место в тихом центре тоже пойдет под коммерческую или жилую застройку.

Снос Дома Золотарёва.

Фиксируем снос старинного дома на Варфоломеева, 201.

Он был построен, предположительно, в начале 1890-х годов и изначально принадлежал таганрогскому мещанину Петру Иосифовичу Золотарёву.

В 1900 году дом продали с публичных торгов Донского земельного банка из-за долгов Золотарёва. Здание выкупила Евдокия Соцевич — она значилась владелицей вплоть до революции.

Это был одноэтажный кирпичный дом с декором фасада и душевными слуховыми окошками на крыше.

В советское время парадный вход с улицы заложили, а доступ в дом сделали со двора. 

Помнится, что в 2000-е здесь находилась какая-то медицинская лаборатория.

Примерно в начале 2010-х из здания по каким-то причинам съехали, и оно превратилось в заброшку.

В 2015 году дом завесили баннером с условным рисунком фасада, а затем тематика занавеса поменялась и на нём появился горделивый месседж.
Правда, на фоне образовавшейся рядом стихийной мусорки это смотрелось довольно нелепо.

Последний баннер провисел недолго.

Какое-то время назад земельный участок вместе с домом выкупили, и сейчас этот адрес предлагается под инвестиционный проект 🏢.

Снос произвели совсем недавно (возможно, в конце августа—начале сентября), и теперь здесь огороженная строительная площадка.

🔎 Улица Варфоломеева в царские времена называлась Шестой улицей в Новом поселении.
Здесь до сих пор сохранилось немало интересных зданий исторической застройки.
При этом в охранном реестре на всей улице мы насчитали лишь два объекта культурного наследия (ОКН), и один в списках ценных объектов градостроительной среды (ЦОИГС).

Как видим, основная масса зданий никак не защищена, что развязывает руки владельцам старинных домов: они могут либо перестраивать их до неузнаваемости, либо сносить под новую застройку.

И некоторые объекты особенно жаль.
Напомним, пару лет назад мы рассказывали о скандальном «капитальном ремонте» детской библиотеки имени Чкалова на Варфоломеева, 189.
В результате тех работ главный фасад старинного дома тогда полностью лишился своего лепного декора, а брандмауэр облицевали вентфасадом.

Пещерная архитектура, или Что они курили?

Наверное, многие уже обратили внимание на это чудо-юдо, появившееся недавно в самом центре Ростова, на Ворошиловском, 18.

Так оформили вход в курительное заведение.
Эта «пещерка» прилипла к фасаду бывшего доходного дома страхового общества «Россия», построенного ещё в 1910 году.

Дом, к тому же является объектом культурного наследия (ОКН).

Конечно, о вкусах не спорят, и каждый волен городить всё что угодно.
Но в данном случае важно учитывать контекст.
То, что адекватно смотрелось бы рядом с любой постройкой, не обременённой мыслью архитектора, или, скажем, среди едален на Левом берегу Дона, совершенно нелепо выглядит в связке с вековым зданием.

Более несуразного новообразования на фасаде исторического дома сложно себе представить.

По правилам любые мыслеформы заказчика должен регулировать департамент архитектуры — тем более на одном из главных проспектов города.
И если оформление коммерческого объекта совершенно игнорирует контекст, то логично, что такие вещи не должны согласовываться.

Одобрено ли это чудо местной «архитектурой» и Комитетом по охране ОКН — неизвестно.

Справедливости ради отметим: входные группы заведений существуют на этом фасаде уже более 15 лет.
Однако раньше из-за своей относительной неприметности они просто не мозолили глаз.

А в данном случае кто-то очень захотел выделиться.
Что ж, получилось.
Правда, вот таким нелепым образом.

Кирпич Месяца VIII.

«Большой местный лесоторговец, бывший гласный и любитель скакового и бегового спорта» — именно так в газете «Южный Телеграфъ» в начале XX века характеризовали нашего сегодняшнего героя.

Знакомьтесь: ростовский купец Константин Дмитриевич Дракин.
Добавим к этому: заводчик породистых лошадей, попечитель детских приютов и крупный производитель кирпича.

Как было дело

Родился наш «кирпичник» в посаде Азов в 1839 году, где, вероятно, и заработал свой первый капитал.
В 1870-х годах Дракин переезжает в Ростов и начинает заниматься стройматериалами: торгует лесом, запускает производство кирпича и черепицы.

Его завод начал функционировать в 1882 году.
Производство находилось на тогдашней окраине, близ городских дач. Сегодня это северная сторона улицы Нансена, участок между проспектом Нагибина и улицей Шеболдаева.

К 1914 году завод Дракина выделывал до полутора миллионов кирпичей в год при 50 рабочих.

После смерти купца в 1914 году дело продолжила его жена, Клеопатра Васильевна.
Завод пережил революцию 1917 года и оставался частным как минимум ещё один год, вплоть до национализации советской властью.

Виды клейм: реальность и мифы

В Ростове кирпичи Дракина встречаются довольно часто, и это неудивительно — как можно посчитать, завод работал целых 35 лет.

Известны два основных вида его клейма — это буквы «К.Д.», которые могут быть как вдавленными, так и выпуклыми (рельефными).

Важный нюанс: на некоторых ресурсах заводу Дракина приписывают также такие распространённые ростовские клейма, как «Д-1», «Д-2», «Д-3».
Это заблуждение.
На самом деле эти кирпичи — раннесоветские, и к купцу они отношения не имеют.

Наследие в камне

Главный подарок Константина Дмитриевича Ростову-на-Дону — его собственный дом на углу Лермонтовской улицы и Таганрогского проспекта (сейчас — Будённовского). Он завещал его городу после смерти с условием разместить здесь богадельню.

Это богато декорированное кирпичное здание, к счастью, уцелело.
После революции новые власти распорядились домом по-своему — разумеется, о завещанном профиле этого объекта недвижимости речи уже не шло.

В наши дни особняк, возведённый в 1889 году, признан памятником истории и культуры.