Рифмы Старого Города.

В прошлом году мы знакомили с историей доходного дома Германа Паулинга, что на Садовой, 91.

Среди прочей лепнины в подъезде, показали и модерновую «Девушку в подсолнухах».

А вот любопытная рифма обнаружена неподалёку на этой же улице — дом Екатерины Поповой (Садовая, 126).

Фасад этого здания украшен лепниной в стиле модерн.

И здесь, над окнами второго этажа, уже знакомая нам композиция.

Сюжет аналогичный, хотя немного отличающийся по деталям.

Примечательно, что оба дома были построены в начале 1910-х, поэтому, не исключено, что производством лепнины могла заниматься одна и та же мастерская.

Известно, что в этот период в Ростове функционировала одна из старейших скульптурно-лепных мастерских господина Е.И. Чайковского.

Фирма выполняла заказы в том числе и на производство лепных украшений в различных стилях для фасадов и интерьеров.

Однако, приложила ли свои руки к производству этой «подсолнечной» лепнины мастерская Чайковского — доподлинно неизвестно.

MMXXVI

Не смотря на реалии, хочется начать новый год в мажорной тональности.

Всех, кто настроен так же, поздравляем!

На нашей открытке — начало припева известной песни, ставшей гимном Ростова.

Без сомнения, эти строки знакомы подавляющему большинству горожан.

Газета "Молот". 1942. Первая публикация стихов и нот песни.

Впервые произведение поэта Софронова и композитора Блантера было исполнено в 1943 году, после второго освобождения города от немцев.

А уже в 1947 заработала Ростовская музыкальная фабрика, давшая стране народные фортепиано. 

Мы продолжаем традиционную серию новогодних фото, в которых используем детали и предметы, связанные с городом на Дону.

У нас уже были дверные номерки и фасадные таблички, почтовые ящики и метлахская плитка. 

Теперь пришел черед одноименного пианино, выпущенного в 50-е года ХХ века.

Мир всем,  
и с новым годом!🥂

Исторический фасад, который отстояли при «ремонте».

Еще один редкий для Ростова случай.

Жилой дом на Соколова, 61 — его фасаду удалось избежать розовой окраски и штукатурки «короед» при капремонте. Стены оставили с подлинной открытой кирпичной кладкой!

Это один из корпусов жилищного кооператива «Табачник» на Ворошиловском / Соколова, «ремонту» которого мы уделяли внимание этим летом.
Дома здесь строили в период 1927—1934 гг.

Напомним, остальные корпуса этого кооператива без согласования с Департаментом архитектуры измазали «короедом».

Этот объект — ещё одна история о том, когда жильцы берут ситуацию под контроль и пресекают «хотелки» строительных дельцов от Фонда капремонта.
К неудовольствию подрядчика два архитектора, проживающих в этом доме, смогли объяснить несведущим соседям, что «короед» — это никчемная опция и освоение бюджета за их счёт.
Собрание жильцов, в итоге, отказалось от штукатурки.

В качестве издёвки, раздосадованный прораб сделал вычинку швов кладки на отъе…

Чем пришлось пожертвовать, это подлинной расстекловкой окон подъездов — деревянные рамы с мелкой ячейкой заменили традиционно на упрощенный белый пластик.

Ну и цоколь всё же «закороедили».

В целом, жильцов этого дома (а заодно и Старый город) можно поздравить с локальной победой в схватке с невежеством.

Исторический фасад удалось отстоять.

Снос дома Каянэ Тер-Крикоровой.

Недавно стёрли с карты города дом в Нахичевани, на Мурлычева, 4. 

Сам процесс сноса прошёл для нас незамеченным и сейчас на этом месте уже пустырь с обломками кирпичей и камней.

До революции дом принадлежал некоей Каянэ Тер-Крикоровой и имел адрес 1-я Вознесенская, 4 (так изначально называлась улица).

Судя по документам, до возведения этого здания на этом участке стояла более скромная постройка, принадлежавшая Кеворку Тер-Крикорову (мужу или отцу Каянэ).
Каких-либо данных по этим персонам пока не встречалось.

Клейма на кирпичах говорят о том, что дом был построен из продукции нахичеванского завода Григория Чепрастова, работавшего с конца XIX века и вплоть до национализации предприятия большевиками.

Что интересно, особняк Чепрастова находится почти напротив снесенного объекта (1-я Вознесенская, 13).

Продвинул, наверное, по-соседски стройматериал своего производства.

А буквально в следующем от жилья Тер-Крикоровой угловом доме размещалось Еврейское духовное правление (1-я Вознесенская, 6).

В таком окружении существовал сломанный дом Каянэ.

Причины сноса прозаичны — последние несколько лет дом был расселён, так как находился в аварийном состоянии.

На статус памятника он не тянул. Не попал дом и в обширные списки ценных средовых объектов.

Поэтому, очутился в других списках — планового избавления городских властей от аварийного жилья.
Ну и от собственного наследия, разумеется.