Комитет по охране ОКН, в свою очередь, нам сообщил, что ими согласована проектная документация, получившая положительное заключение историко-культурной экспертизы.
Подрядчиком выступил петербургский купец Меер Фридланд.
Время пощадило объект как снаружи, так и внутри — до наших дней дожила добротная кирпичная кладка с кованым декором, а также чугунные межэтажные лестницы в главном и боковых корпусах.
На своих местах остались и опорные чугунные колонны в бывших помещениях спальни и столовой.
Все эти богато декорированные конструктивные элементы, включая литой козырек главного входа, образуют предмет охраны данного ОКН.
Важным акцентом в облике здания являлась сложная по конфигурации крыша.
К сожалению, в советское время она была упрощена.
На её воссоздание в ходе нынешней реконструкции рассчитывать не приходится —
полагаем, работы подобного уровня сложности в проект не включили.
С самим проектом ознакомиться не удалось, поэтому неизвестно, как обойдутся с сохранившейся лепниной интерьеров, а также открытой кирпичной кладкой фасадов — будет ли она очищена или снова окрашена, как это было в советское время.
Что придёт на смену деревянным оконным рамам и будут ли воссозданы исторические дубовые двери на главном входе — тоже вопрос.
Будем наблюдать.
Все эти богато декорированные конструктивные элементы, включая литой козырек главного входа, образуют предмет охраны данного ОКН.
К сожалению, в советское время она была упрощена.
полагаем, работы подобного уровня сложности в проект не включили.
С самим проектом ознакомиться не удалось, поэтому неизвестно, как обойдутся с сохранившейся лепниной интерьеров, а также открытой кирпичной кладкой фасадов — будет ли она очищена или снова окрашена, как это было в советское время.
Будем наблюдать.
